1. Женька. Пока еще незнакомы.
Когда-то летом, в лохматые-лохматые года, 20-ого века... Мы с папой и мамой, и с сестренкой - "неслись" к Байкалу, на стареньком, зелененьком ГАЗ-66. Ну, как неслись...Почти все нас обгоняли, кроме велосипедистов. В те времена РАН СССР - а конкретно, его Сибирское отделение предоставляла такие машины для доставки своих сотрудников, совсем бесплатно, к месту отдыха на время летних отпусков. Места "бронировались" сразу же, после новогодних праздников.
А за нами шел, точно такой же 66-ой, от академгородка, тоже - полнехонько загруженный. И вот мы, "подлетаем" к переправе на остров Ольхон и встаем в очередь... Она медленно-медленно продвигается – так как один паром сломался и ходил, только один оставшийся. Заняли очередь, перед разбитой "копейкой" и сразу же предупредили, вставшую за нами "буханку", что следом идет такой же ГАЗ и мы - занимаем для него место!! Ну, типа, "буханке" вряд ли удастся переправится сегодня. Время уже было позднее, а водила "буханки", сплюнув в открытую боковушку, бросил: "Ну-ну... Глянем, на вашу вторую машинку!" Он оказался прав... Когда подъехал второй ГАЗ-66, то наши папы засуетились и стали перекидывать все рюкзаки, со второй машины – в нашу. Ну и... Мы пропустили, конечно, свою очередь. Как хохотал тот водила, из "буханки" – до сих пор, помню! Он въехал последний на паром - ну, а паром был крайним с материка...
После того как ушел буксир, наши мамы начали перекладывать рюкзаки в машине, чтобы было как-то компактнее внутри, а после – кое-как затолкав нас, мелюзгу, в кузов на ночевку – спрыгнули на песчаный берег и легли вокруг всего ГАЗ-66-ого. Прямо на песок, под колеса, рядом с нашими папами... Там они и заночевали. И храпели всю ночь под открытым небом...
А затем выяснилось, что на второй машине, какой-то девочке, стало плохо с животом и ее надо было срочно-срочно - увезти обратно, в Город. Для этого и освобождали второй ГАЗ. Ну и кто эта девочка была, а?! Догадались?! Ну, конечно же - Женька!! Потом уже, много-много позже я узнал, что ей вырезали аппендикс, едва-едва успев в первую больничку... Кстати, она тем самым страшно-отвратительным шрамом так гордилась, просто жуть какая-то!! Как сейчас помню, задирает майку, выпячивает свой дохленький бок и вопит: "Смотри-ка, нуууу?! Смотриии!! Какой рубец-то у меня есть, ааа?! Видал хоть такой,а?! У тебя-то такого - и нетути!!"
На следующие утро – мы были первыми на пароме! Понятно, что наш водитель рванул к бухте Песчанке во всю "мощь" – он же почти на сутки опаздывал! Летали мы по кузову, как те белки, в колесе – нас только и успевали ловить то за ноги, то за руки или за пузо... Папы кричали:"Да, держись ты за стойку-то, а?! Чучело ты, бестолковое..." Мамы просто хватали нас и притягивали к себе, вниз.
Да!! Забыл... Когда мы гнали к Песчаной бухте и нас ребятню, наконец-то, словили всех и засунули под бок к мамам и бабушкам, лежащим на железном полу машины...
То мы с сестренкой попали, в аккурат - слева и справа в подмышки к Женькиной бабушке и тряслись с ней, лежа в обнимку втроем. Ну и всю дорогу слушали ее причитания о "Женечке"... И какая же она - умненькая, и как все убирает-то по дому, и что у нее одни "пятерки" в дневнике и что она ей всегда-всегда помогает. Даже дядя Лёня (огромный такой мужик!) не выдержал и заорал с левой сидушки, где возлежал в гордом одиночестве, со своим пузом: "Тетя Зииин!!! Да, все уже поняли, что твоя Женька - просто ангел воплоти!! Давай уже покемарим чуток в тишине, аа?!" Баба Зина насупилась, сжала нас с сестрой руками и больше ни слова не произнесла...
А когда я уже, реально, познакомился с Женькой, то узнал - что баба Зина никакая ей и не бабушка.
- А это, как его... Нууу, скажи ты мне... Ааа! Во!!! "Третья вода - на киселе"!! - И заливается смехом, как обычно. - Не, ну представь! Третья вода от киселя!!
Мы еще, помню, тогда поспорили про - "на" киселе или "от" киселя. Серьезно так поспорили... что Женька, аж раскраснелась вся. И я, в конце концов, услышал:
- Ну, ты и нудятина, Дюшка! Понял, да?! Ну, какая разница-то?? От, на... Самое-то тут смешное - это слово "кисель"!! Дурында ты, академовская...
А я сидел на стуле, хлопал глазами и только молча открывал и закрывал рот - а.. аа.. об чем же мы все это время спорили-то тогда, ааа?!
И вот, что с ней делать-то было?!
Женька - это Женька!
